Трагедия в немецком Золингене: сложный исторический контекст через четверть века

Top-bit

Трагедия в немецком Золингене

Пять девушек и женщин турецкого происхождения погибли 29 мая 1993 года в Золингене, когда праворадикалы подожгли их дом. Тогда ксенофобия в ФРГ достигла своего пика, а политики принимали сомнительные решения.

«Иностранцы, вон!» — в начале 1990-ых годов этот лозунг был очень распространенным во многих регионах Германии, в которой тогда открыто господствовали ксенофобские настроения. Причин для этого было достаточно. На востоке страны, на территории бывшей ГДР, после воссоединения Германии рухнула плановая экономика, которую ранее осуществляло государство. Миллионы людей потеряли работу или чувствовали себя по разным причинам гражданами «второго сорта». Поэтому на роль «козлов отпущения», виновников всех своих бед, множество немцев нередко выбирали «иностранцев».

Их количество в ГДР было значительно меньше, чем в землях Западной Германии. И все же, разочарование за несбывшиеся ожидания и новые общественные вызовы вымещали на людей с иной внешностью. На востоке Германии такими людьми в первую очередь были вьетнамцы и ангольцы, которые приезжали в ГДР как так называемые иностранные контрактные работники. Их без причины считали виновными в бедах многих коренных немцев.

Нападения на расистской почве в то время были нередки и часто заканчивались для жертв смертельно. В августе 1992 года весь мир наблюдал за событиями в городе Росток, где радикалы устроили погромы домов, в которых преимущественно проживали выходцы из Вьетнама. Неконтролируемая толпа под одобрительные возгласы зевак подожгла многоэтажку с людьми и до смерти напугала своих жертв. Лишь благодаря счастливой случайности тогда никто не погиб.

Через девять месяцев, 29 мая 1993 года, в западногерманском Золингене (федеральная земля Северный Рейн-Вестфалия) сгорел фахверковый дом. В пламени погибли пятеро девушек и женщин турецкого происхождения. Четырехлетняя Саиме Генч была самой молодой жертвой. 27-летняя Гюрсюн Индже — старшей. Хатидже Генч было 18 лет, Гюлистан Озтюрк — 12, Хюлье Генч — девять лет. Эта трагедия не была несчастным случаем, а была делом рук правых экстремистов, которые под покровом ночи умышленно подожгли дом.

Преступление в Золингене было совершено через три дня после того, как немецкий Бундестаг значительно ограничил право на предоставление убежища. Для этого правящая коалиция в составе консерваторов (ХДС/ХСС) и свободных демократов (СВДП) при поддержке социал-демократов, которые тогда находились в оппозиции, приняли изменения к Основному закону. На тот момент статья 16 Конституции предоставляла неограниченное право на предоставление убежища в Германии. Отменив ее, политики отреагировали на значительный рост количества заявлений о предоставлении убежища, которое наблюдалось с конца 1980-ых годов.

В течение длительного времени это количество не превышало 100 тысяч ежегодно. В 1990-м году было подано почти 200 тысяч заявлений, а за два года их количество выросло более чем вдвое — до 438 тысяч. В этот период праворадикальные партии вроде «Республиканцев» имели значительный успех на выборах, в частности, и в Западной Германии. В 1992 году в традиционно экономически развитой земли Баден-Вюртемберг они получили свой лучший результат в почти 11 процентов голосов. Впоследствии на востоке этой политической силе удалось пройти к ландтагам, как и ультраправой Национал-демократической партии Германии.

Анетта Кагане (Anetta Kahane), руководитель берлинского антирасистского Фонда имени Амадеу Антонио, проводит параллели между взрывоопасными настроениями в обществе 25 лет назад и сегодняшней ситуацией. По ее мнению, вопрос о том, какое количество беженцев может прибыть в Германию, связывают с вопросом, «вообще не много ли уже заселилось иностранцев» в стране. Это смешение понятий и тот факт, что иностранцы и беженцы воспринимаются как незваные гости и чужеземцы, «очень отравляет настроения» в обществе, считает Кагане.

Такие общественные настроения своего времени стоили жизни человеку, в честь которой был назван возглавляемый Кагане фонд. В ноябре 1990-го года, через несколько недель после воссоединения Германии, в городе Еберсвальде неподалеку от Берлина был убит выходец из Анголы Амадеу Антонио. Его до смерти забила группа правоэкстремистских молодых людей, вооруженных бейсбольными битами. Пятеро нападавших были приговорены максимум до пяти лет в тюрьме, некоторые получили лишь условные наказания.

Значительно более суровыми были приговоры судей после поджога в Золингене. Быстро обнаруженные преступники, которым было от 16 до 23 лет, в 1995 году были признаны виновными в убийстве пятерых человек, покушении на жизнь еще 14-ти человек и поджоге, который повлек особо тяжкие последствия. Их приговорили к тюремным срокам от десяти до пятнадцати лет. «В учебниках истории послевоенной Германии события в Золингене останутся как апогей ксенофобии», — сказал тогда адвокат Райнер Брюссов (Rainer Brüssow), который представлял интересы семьи Генч.

Анетта Кагане с фондом имени Амадеу Антонио была бы рада, если бы политики не изменили в 1993 году правила предоставления убежища. Она забрасывает ответственным в тот период лицам вполне очевидную модель поведения, которую можно сформулировать следующим образом: «если люди так по-расистски реагируют на мигрантов, тогда нужно обеспечить, чтобы их не прибывало так много». Это, по словам Кагане, было «очень плохим сигналом», в том числе и для запада. Ведь западногерманское общество в то время уже фактически пришло к согласию в вопросе миграции. Впрочем, эта ситуация была уничтожена разрушительной дискуссией относительно ужесточения правил предоставления убежища, констатирует Кагане.

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.